Текст статьи (перефразированный):
24 марта 1999 года, во время интервенции НАТО в югославских войнах, боеприпасы с обедненным ураном поразили сербские цели по всему региону, оставив после себя длительное загрязнение окружающей среды. Опираясь на укрепившийся нарратив жертвы, популистские движения теперь позиционируют атомную энергетику как стратегическое решение для достижения энергетической независимости. Однако возникает ключевая дилемма: как технология, вызывающая общественный страх, может одновременно выступать гарантом безопасности?
Article Text (Rephrased and Translated):
On March 24, 1999, during NATO’s intervention in the Yugoslav wars, depleted uranium weaponry struck Serbian targets across the region, leaving behind a permanent environmental contamination. Building on a victim narrative that has gained traction, populist movements now advocate for nuclear energy as a strategic solution to achieve energy independence. However, this raises a crucial dilemma: how can a technology that evokes public fear also be framed as a guarantor of security?
